Добро пожаловать, Гость
Логин: Пароль: Запомнить меня
  • Страница:
  • 1
  • 2
  • 3

Стихи, афоризмы, рассказы

  • малиновка-зарянка
  • малиновка-зарянка аватар
  • завсегдатай
  • спасибо: 263
Утихающий ветер, как опущенный меч,
Заходящее солнце, как щит,
Моя боль от усталости хочет прилечь
На заоблачный чёрный гранит...
#1 03 июль 2011 18:45
  • Похожие темы
Любимые стихи.22.04.2011
  • Пани Барбара
  • Пани Барбара аватар
  • легенда
  • спасибо: 1533
память листа

Моя попытка кем-то стать – имеет место быть.
Но мой удел не просто быть, а что-то создавать.
Мне видится такая цель – гармония в душе
Один Небесный Менестрель
Её достиг уже…

Листая страницы дней
Ты пишешь на них стихи
Рисуешь крылатых людей
И отпускаешь с руки…

Они улетают в окно
И кружат над крышей твоей
И Бог один знает зачем
Ты рисуешь крылатых людей

У дерева на холме
Где сходятся две реки
Крылатые люди строят свой дом
И тоже пишут стихи

И эта тонкая нить

Невидима, как строка
Ещё не написанных книг
Не созданного стиха

Откуда у человека неистребимое желание летать?
Почему его так тянет в небо?
Откуда приходят стихи?

Он болен стихами
Он пишет на стенах
На кухне, в постели
И на полу...
С небес прилетают
Крылатые темы
И в зимнюю темень
Мешают уснуть…

Приходят и чертят
Крылом по бумаге,
Дождями по крышам,
Листвой по стеклу…
И застывают
В единственном шаге

Алексей Ляпин
ПАМЯТЬ ЛИСТА
#101 11 июль 2012 00:11
Спасибо сказали: шТучка, Версия без памяти, плот
  • Helda_Svanteson
  • Helda_Svanteson аватар
  • гуру
  • спасибо: 17
Вчера прочла маленький рассказеГ.
Выношу его на суд данного форума:

"В 2005 году я копила деньги на квартиру. Я два года ходила пешком за едой на рынок, отказывала себе во всём, вела дневник расходов, закрашивала дырки на капроновых колготках лаком для ногтей, я отдыхала в Пестово Московской области, и у меня была одна единственная сумка и один самый маленький пузырёк духов (я сейчас сама уже в это почти не верю). Я накопила таким образом 18 тысяч долларов, отнесла их в самый доверчивый банк, выпросила кредит и начала подыскивать себе однокомнатную квартиру.

Тогда я обошла все самые плохие однушки в городе, после просмотра некоторых очень хотелось как следует помыться дустом. Но меня грела мысль, что к 60 годам я выплачу кредит и у меня будет своя однокомнатная квартирка в спальном районе Москвы. Я не сдавалась.

И вот мы её нашли. 37-метровая квартирка в многоэтажке в Беляево. Кухня 6 метров, зато санузел раздельный, прожжённый табаком линолеум времён взятия Измаила, зато балкон 7 метров.
В квартире жила бабка. Даже не так. Это была Бабка. Энергичная старушенция, которая хотела переехать в квартиру похуже и получить разницу наличными на будущие нужды. Бабка уверила нас, что уже присмотрела себе пару вариантов и съедет в течение месяца, мы выплатили депозит и стали ждать.
Я рисовала планы помещений, обсуждала с девчонками цвет обоев, пескобетон, кафель и как утеплить балкон и построить там гипсокартонную библиотеку.

А Бабка меж тем не очень-то и торопилась. И я очень боялась её тревожить, потому что каждый раз когда я звонила, Бабка рассказывала мне, как все хотят её надуть, отобрать у неё жильё, а её выселить на улицу и риэлторы кружат над ней чОрными воронами. В конце концов выяснилось, что Бабка не хочет менять район, не может жить в старом доме, ей нужна большая кухня, ей плохо без семиметрового балкона и везде, где она была, вот прям везде совершенно безобразный ремонт.

На самом деле, Бабка, конечно, не была виновата. Мы обе просто были поставлены в такие условия, когда нам не оставалось ничего делать, кроме как искренне от всей души ненавидеть друг друга. У меня таяла надежда получить свой дом, а у неё рос страх потерять свой. Все два месяца пока Бабка морочила мне голову, я просыпалась с мыслью, как же я её ненавижу. Я научилась мысленно отключаться от реальности, когда она вопила мне в телефонную трубку, что я её граблю, а я машинально её убеждала не кипятиться, я придумывала самые извращённые способы, как бы перерезать ей горло в подворотне и это меня успокаивало даже больше чем надежда наконец получить свою квартиру. Но всё кончилось банально. Через два месяца цены в Москве изрядно подросли и ни Бабка, ни, тем более, я со своим кредитом уже ничего купить не могли. Бабка меня продинамила и объявила, что квартиру она не продаёт и депозит возвращает.

Я лежала на полу в съёмной квартире, курила и не хотела никого видеть. Вообще я не курю, но мне казалось, это добавляет моменту трагичности. Нельзя тосковать как Блок и при этом не курить. Страдать сытым трезвым без сигареты сидя на диване – это оксюморон. Поэтому я лежала на полу, курила и думала о том, что, каждый шаг на пути к счастью, к намеченным целям – это всегда маленький подвиг, это упорство, это работа рук, разума и сердца. Но почему-то и это не работает, судьба ко мне крайне несправедлива, и я обречена влачить жалкое и бездомное существование.

Потом пришёл мужчина и указал мне на в общем-то очевидный и очень позитивный факт – начальный взнос мне вернули, а стало быть, у нас на руках образовалась огромное количество свободной наличности. И чтобы как-то поднять себе настроение я забронировала лучший отель в старом городе в Стокгольме на выходные. Съездить на уикенд в Европу – притом, что я несколько лет до этого старалась лишний раз не ездить на метро в целях экономии , это виделось мне примерно как полёт на Луну в компании, ну скажем, группы Битлз. Потом я вошла во вкус.

Я начала инвестировать в себя, подучила английский, французский, начала учиться выступать на публике, завела друзей заграницей, сфокусировалась на карьере, наполучала сертификатов по специальности, подрастила себе общий доход, отказалась работать в Брюсселе, согласилась работать в Канаде на неплохих условиях.

Решила больше никогда не копить денег и придерживаться теории, что счастье – это не пункт назначения, счастье – это средство передвижения. И тогда я поехала в Лондон жить в роскошном отеле Бертрана Рассела, потом на море на Крит и Санторини, потом слушать джаз и смотреть Климта в Вену. Я обновила себе гардероб, попутешествовала по Европе, пожила в настоящем средневековом немецком замке на Рейне, научилась есть устрицы в лучших мишленовских ресторанах, ходить на файвоклок в отель Ритц, да и вообще затрудняюсь назвать общее количество своих сумок, а ведь есть ещё и туфли. В общем, квартира, которую я не купила, сделала меня счастливой. Я объездила весь мир и завела мечту купить себе самолёт.

Так вот полчаса назад я стала обладательницей трёхэтажного дома в восемнадцати минутах езды от работы. Не сама, конечно, в кредит. Но меня греет мысль, что к 60 годам я его выплачу и у меня будет свой дом с четырьмя сортирами. Вы можете себе представить это роскошество – четыре сортира? У меня две гостиные, одна даже с камином, столовая, библиотека, кабинет, спортзал. И всё это отдельные помещения. Четыре спальни, прачечная, пока неутверждённая сауна, терраса с видом на мой собственный сад, где растёт моя собственная черёмуха, пионы, малина и почему-то ревень. Когда я буду лежать в своей собственной ванне, то я буду смотреть в окно, за которым будут показывать, как садится солнце далеко на горизонте за Скалистые горы.

Под яблоней я повешу гамак, потому что я его пообещала Маше с аккордеоном.
На первом этаже у меня будет барная стойка и дансинг, потому что в любой момент могут прийти Женя и Таня и захотеть танцевать сальсу.
А в кабинете я поставлю телескоп и очень большой глобус... ну просто потому что я всегда мечтала иметь телескоп и очень большой глобус, а себе я больше никогда ни в чём не отказываю.

Бабка, родненькая, здоровичка тебе богатырского и мужа богатого."
#102 12 июль 2012 11:41
  • Domoy
  • Domoy аватар
  • профи
  • спасибо: 25
Я поэт......зовусь Домойка
От меня вам всем......блин......ничего путного в голову не приходит )))))
#103 31 авг 2012 22:52
  • Версия без памяти
  • Версия без памяти аватар
  • гуру
  • спасибо: 681
Domoy, а ты не пытайся графоманить))) Тут у нас то, что понравилось, а не личные сочинения.
#104 01 сен 2012 10:02
  • Тианд
  • Тианд аватар
  • гуру
  • спасибо: 37
Он поэт...... зовут Домойка
От него нам всем...... попойка ))))))))
......Предпочитаю коньяк)))
#105 01 сен 2012 18:01
  • Domoy
  • Domoy аватар
  • профи
  • спасибо: 25
Тианд, ...место и время ??? ))))))
#106 01 сен 2012 22:39
  • Зима
  • Зима аватар
  • легенда
  • спасибо: 69
так и запишем: Домой всех угощает)))
#107 01 сен 2012 22:40
  • Domoy
  • Domoy аватар
  • профи
  • спасибо: 25
Зима, Дракиных тоже )))))
#108 01 сен 2012 23:35
  • Пани Барбара
  • Пани Барбара аватар
  • легенда
  • спасибо: 1533
Верните мне крылья!

Ему при рожденьи обрезали крылья.
И мать, и отец – они были не против.
«Пусть будет как все».
«Да, пускай».
Порешили.
Они волновались немного, но вроде

Он рос совершенно нормальным ребенком:
Кормился, как следует, маминой грудью,
И пачкал, как все поначалу, пеленки –
Зародыш одной из бесчисленных судеб.

Он быстро взрослел, и однажды, под вечер,
Спросил, указав на неровные шрамы
(Спиной повернувшись, ткнув пальцем за плечи):
«Скажи мне, пожалуйста, что это, мама?»

Ответила мать: «Не волнуйся, сыночек,
Ты точно такой, как обычные люди».
Но он был умен, он читал между строчек,
Он очень хотел докопаться до сути.

Когда он всё понял (почуял скорее),
Он плакал три дня от тоски и бессилья,
А после, пуская воздушного змея,
Шептал еле слышно: «Верните мне крылья»...

Он стал по ночам забираться на крышу,
Гулять, закрывая глаза, по карнизам.
Ему всё хотелось повыше, повыше...
Знакомые это считали капризом.

Он жадно смотрел на летящие [близко!]
В шальных небесах журавлиные стаи.
Потом он исчез. Но осталась записка:
«Прощайте. Не ждите. Люблю.
Улетаю...»
(с)
#109 02 сен 2012 15:43
  • Пани Барбара
  • Пани Барбара аватар
  • легенда
  • спасибо: 1533
#110 02 сен 2012 15:50
Спасибо сказали: Версия без памяти
  • Версия без памяти
  • Версия без памяти аватар
  • гуру
  • спасибо: 681
Пани, спасибо! Как точны интонации Фрейндлих...
#111 02 сен 2012 18:10
  • Пани Барбара
  • Пани Барбара аватар
  • легенда
  • спасибо: 1533
сама в потрясении..
#112 02 сен 2012 18:23
  • Удафф
  • Удафф аватар
  • старожил
  • спасибо: 865
Вчера увидел на Дожде, решил поделиться с вами :)
Не перестаю восхищаться Быковым, талантище.
#113 02 июль 2013 11:57
Спасибо сказали: Версия без памяти
  • Удафф
  • Удафф аватар
  • старожил
  • спасибо: 865
Невероятно сильный рассказ о ближайшем будущем.

Звонок раздался, когда Андрей Петрович потерял уже всякую надежду.
— Здравствуйте, я по объявлению. Вы даёте уроки литературы?

Андрей Петрович вгляделся в экран видеофона. Мужчина под тридцать. Строго одет — костюм, галстук. Улыбается, но глаза серьёзные. У Андрея Петровича ёкнуло под сердцем, объявление он вывешивал в сеть лишь по привычке. За десять лет было шесть звонков. Трое ошиблись номером, ещё двое оказались работающими по старинке страховыми агентами, а один попутал литературу с лигатурой.

— Д-даю уроки, — запинаясь от волнения, сказал Андрей Петрович. — Н-на дому. Вас интересует литература?
— Интересует, — кивнул собеседник. — Меня зовут Максим. Позвольте узнать, каковы условия.
«Задаром!» — едва не вырвалось у Андрея Петровича.
— Оплата почасовая, — заставил себя выговорить он. — По договорённости. Когда бы вы хотели начать?
— Я, собственно... — собеседник замялся.
— Первое занятие бесплатно, — поспешно добавил Андрей Петрович. — Если вам не понравится, то...
— Давайте завтра, — решительно сказал Максим. — В десять утра вас устроит? К девяти я отвожу детей в школу, а потом свободен до двух.
— Устроит, — обрадовался Андрей Петрович. — Записывайте адрес.
— Говорите, я запомню.

В эту ночь Андрей Петрович не спал, ходил по крошечной комнате, почти келье, не зная, куда девать трясущиеся от переживаний руки. Вот уже двенадцать лет он жил на нищенское пособие. С того самого дня, как его уволили.

— Вы слишком узкий специалист, — сказал тогда, пряча глаза, директор лицея для детей с гуманитарными наклонностями. — Мы ценим вас как опытного преподавателя, но вот ваш предмет, увы. Скажите, вы не хотите переучиться? Стоимость обучения лицей мог бы частично оплатить. Виртуальная этика, основы виртуального права, история робототехники — вы вполне бы могли преподавать это. Даже кинематограф всё ещё достаточно популярен. Ему, конечно, недолго осталось, но на ваш век... Как вы полагаете?

Андрей Петрович отказался, о чём немало потом сожалел. Новую работу найти не удалось, литература осталась в считанных учебных заведениях, последние библиотеки закрывались, филологи один за другим переквалифицировались кто во что горазд. Пару лет он обивал пороги гимназий, лицеев и спецшкол. Потом прекратил. Промаялся полгода на курсах переквалификации. Когда ушла жена, бросил и их.

Сбережения быстро закончились, и Андрею Петровичу пришлось затянуть ремень. Потом продать аэромобиль, старый, но надёжный. Антикварный сервиз, оставшийся от мамы, за ним вещи. А затем... Андрея Петровича мутило каждый раз, когда он вспоминал об этом — затем настала очередь книг. Древних, толстых, бумажных, тоже от мамы. За раритеты коллекционеры давали хорошие деньги, так что граф Толстой кормил целый месяц. Достоевский — две недели. Бунин — полторы.

В результате у Андрея Петровича осталось полсотни книг — самых любимых, перечитанных по десятку раз, тех, с которыми расстаться не мог. Ремарк, Хемингуэй, Маркес, Булгаков, Бродский, Пастернак... Книги стояли на этажерке, занимая четыре полки, Андрей Петрович ежедневно стирал с корешков пыль.

«Если этот парень, Максим, — беспорядочно думал Андрей Петрович, нервно расхаживая от стены к стене, — если он... Тогда, возможно, удастся откупить назад Бальмонта. Или Мураками. Или Амаду».

Пустяки, понял Андрей Петрович внезапно. Неважно, удастся ли откупить. Он может передать, вот оно, вот что единственно важное. Передать! Передать другим то, что знает, то, что у него есть.

Максим позвонил в дверь ровно в десять, минута в минуту.
— Проходите, — засуетился Андрей Петрович. — Присаживайтесь. Вот, собственно... С чего бы вы хотели начать?
Максим помялся, осторожно уселся на край стула.
— С чего вы посчитаете нужным. Понимаете, я профан. Полный. Меня ничему не учили.
— Да-да, естественно, — закивал Андрей Петрович. — Как и всех прочих. В общеобразовательных школах литературу не преподают почти сотню лет. А сейчас уже не преподают и в специальных.
— Нигде? — спросил Максим тихо.
— Боюсь, что уже нигде. Понимаете, в конце двадцатого века начался кризис. Читать стало некогда. Сначала детям, затем дети повзрослели, и читать стало некогда их детям. Ещё более некогда, чем родителям. Появились другие удовольствия — в основном, виртуальные. Игры. Всякие тесты, квесты... — Андрей Петрович махнул рукой. — Ну, и конечно, техника. Технические дисциплины стали вытеснять гуманитарные. Кибернетика, квантовые механика и электродинамика, физика высоких энергий. А литература, история, география отошли на задний план. Особенно литература. Вы следите, Максим?
— Да, продолжайте, пожалуйста.

— В двадцать первом веке перестали печатать книги, бумагу сменила электроника. Но и в электронном варианте спрос на литературу падал — стремительно, в несколько раз в каждом новом поколении по сравнению с предыдущим. Как следствие, уменьшилось количество литераторов, потом их не стало совсем — люди перестали писать. Филологи продержались на сотню лет дольше — за счёт написанного за двадцать предыдущих веков.

Андрей Петрович замолчал, утёр рукой вспотевший вдруг лоб.

— Мне нелегко об этом говорить, — сказал он наконец. — Я осознаю, что процесс закономерный. Литература умерла потому, что не ужилась с прогрессом. Но вот дети, вы понимаете... Дети! Литература была тем, что формировало умы. Особенно поэзия. Тем, что определяло внутренний мир человека, его духовность. Дети растут бездуховными, вот что страшно, вот что ужасно, Максим!
— Я сам пришёл к такому выводу, Андрей Петрович. И именно поэтому обратился к вам.
— У вас есть дети?
— Да, — Максим замялся. — Двое. Павлик и Анечка, погодки. Андрей Петрович, мне нужны лишь азы. Я найду литературу в сети, буду читать. Мне лишь надо знать что. И на что делать упор. Вы научите меня?
— Да, — сказал Андрей Петрович твёрдо. — Научу.

Он поднялся, скрестил на груди руки, сосредоточился.
— Пастернак, — сказал он торжественно. — Мело, мело по всей земле, во все пределы. Свеча горела на столе, свеча горела...

— Вы придёте завтра, Максим? — стараясь унять дрожь в голосе, спросил Андрей Петрович.
— Непременно. Только вот... Знаете, я работаю управляющим у состоятельной семейной пары. Веду хозяйство, дела, подбиваю счета. У меня невысокая зарплата. Но я, — Максим обвёл глазами помещение, — могу приносить продукты. Кое-какие вещи, возможно, бытовую технику. В счёт оплаты. Вас устроит?
Андрей Петрович невольно покраснел. Его бы устроило и задаром.
— Конечно, Максим, — сказал он. — Спасибо. Жду вас завтра.

— Литература - это не только о чём написано, — говорил Андрей Петрович, расхаживая по комнате. — Это ещё и как написано. Язык, Максим, тот самый инструмент, которым пользовались великие писатели и поэты. Вот послушайте.
Максим сосредоточенно слушал. Казалось, он старается запомнить, заучить речь преподавателя наизусть.

— Пушкин, — говорил Андрей Петрович и начинал декламировать.
«Таврида», «Анчар», «Евгений Онегин».
Лермонтов «Мцыри».
Баратынский, Есенин, Маяковский, Блок, Бальмонт, Ахматова, Гумилёв, Мандельштам, Высоцкий...
Максим слушал.
— Не устали? — спрашивал Андрей Петрович.
— Нет-нет, что вы. Продолжайте, пожалуйста.

День сменялся новым. Андрей Петрович воспрянул, пробудился к жизни, в которой неожиданно появился смысл. Поэзию сменила проза, на неё времени уходило гораздо больше, но Максим оказался благодарным учеником. Схватывал он на лету. Андрей Петрович не переставал удивляться, как Максим, поначалу глухой к слову, не воспринимающий, не чувствующий вложенную в язык гармонию, с каждым днём постигал её и познавал лучше, глубже, чем в предыдущий.

Бальзак, Гюго, Мопассан, Достоевский, Тургенев, Бунин, Куприн.
Булгаков, Хемингуэй, Бабель, Ремарк, Маркес, Набоков.
Восемнадцатый век, девятнадцатый, двадцатый.
Классика, беллетристика, фантастика, детектив.
Стивенсон, Твен, Конан Дойль, Шекли, Стругацкие, Вайнеры, Жапризо.

Однажды, в среду, Максим не пришёл. Андрей Петрович всё утро промаялся в ожидании, уговаривая себя, что тот мог заболеть. Не мог, шептал внутренний голос, настырный и вздорный. Скрупулёзный педантичный Максим не мог. Он ни разу за полтора года ни на минуту не опоздал. А тут даже не позвонил. К вечеру Андрей Петрович уже не находил себе места, а ночью так и не сомкнул глаз. К десяти утра он окончательно извёлся, и когда стало ясно, что Максим не придёт опять, побрёл к видеофону.
— Номер отключён от обслуживания, — поведал механический голос.

Следующие несколько дней прошли как один скверный сон. Даже любимые книги не спасали от острой тоски и вновь появившегося чувства собственной никчемности, о котором Андрей Петрович полтора года не вспоминал. Обзвонить больницы, морги, навязчиво гудело в виске. И что спросить? Или о ком? Не поступал ли некий Максим, лет под тридцать, извините, фамилию не знаю?

Андрей Петрович выбрался из дома наружу, когда находиться в четырёх стенах стало больше невмоготу.
— А, Петрович! — приветствовал старик Нефёдов, сосед снизу. — Давно не виделись. А чего не выходишь, стыдишься, что ли? Так ты же вроде ни при чём.
— В каком смысле стыжусь? — оторопел Андрей Петрович.
— Ну, что этого, твоего, — Нефёдов провёл ребром ладони по горлу. — Который к тебе ходил. Я всё думал, чего Петрович на старости лет с этой публикой связался.
— Вы о чём? — у Андрея Петровича похолодело внутри. — С какой публикой?
— Известно с какой. Я этих голубчиков сразу вижу. Тридцать лет, считай, с ними отработал.
— С кем с ними-то? — взмолился Андрей Петрович. — О чём вы вообще говорите?
— Ты что ж, в самом деле не знаешь? — всполошился Нефёдов. — Новости посмотри, об этом повсюду трубят.

Андрей Петрович не помнил, как добрался до лифта. Поднялся на четырнадцатый, трясущимися руками нашарил в кармане ключ. С пятой попытки отворил, просеменил к компьютеру, подключился к сети, пролистал ленту новостей. Сердце внезапно зашлось от боли. С фотографии смотрел Максим, строчки курсива под снимком расплывались перед глазами.

«Уличён хозяевами, — с трудом сфокусировав зрение, считывал с экрана Андрей Петрович, — в хищении продуктов питания, предметов одежды и бытовой техники. Домашний робот-гувернёр, серия ДРГ-439К. Дефект управляющей программы. Заявил, что самостоятельно пришёл к выводу о детской бездуховности, с которой решил бороться. Самовольно обучал детей предметам вне школьной программы. От хозяев свою деятельность скрывал. Изъят из обращения... По факту утилизирован.... Общественность обеспокоена проявлением... Выпускающая фирма готова понести... Специально созданный комитет постановил...».

Андрей Петрович поднялся. На негнущихся ногах прошагал на кухню. Открыл буфет, на нижней полке стояла принесённая Максимом в счёт оплаты за обучение початая бутылка коньяка. Андрей Петрович сорвал пробку, заозирался в поисках стакана. Не нашёл и рванул из горла. Закашлялся, выронив бутылку, отшатнулся к стене. Колени подломились, Андрей Петрович тяжело опустился на пол.

Коту под хвост, пришла итоговая мысль. Всё коту под хвост. Всё это время он обучал робота.

Бездушную, дефективную железяку. Вложил в неё всё, что есть. Всё, ради чего только стоит жить. Всё, ради чего он жил.

Андрей Петрович, превозмогая ухватившую за сердце боль, поднялся. Протащился к окну, наглухо завернул фрамугу. Теперь газовая плита. Открыть конфорки и полчаса подождать.

И всё.

Звонок в дверь застал его на полпути к плите. Андрей Петрович, стиснув зубы, двинулся открывать. На пороге стояли двое детей. Мальчик лет десяти. И девочка на год-другой младше.

— Вы даёте уроки литературы? — глядя из-под падающей на глаза чёлки, спросила девочка.
— Что? — Андрей Петрович опешил. — Вы кто?
— Я Павлик, — сделал шаг вперёд мальчик. — Это Анечка, моя сестра. Мы от Макса.
— От... От кого?!
— От Макса, — упрямо повторил мальчик. — Он велел передать. Перед тем, как он... как его...
— Мело, мело по всей земле во все пределы! — звонко выкрикнула вдруг девочка.

Андрей Петрович схватился за сердце, судорожно глотая, запихал, затолкал его обратно в грудную клетку.
— Ты шутишь? — тихо, едва слышно выговорил он.
— Свеча горела на столе, свеча горела, — твёрдо произнёс мальчик. — Это он велел передать, Макс. Вы будете нас учить?

Андрей Петрович, цепляясь за дверной косяк, шагнул назад.
— Боже мой, — сказал он. — Входите. Входите, дети.

Майк Гелприн, Нью-Йорк (Seagull Magazine от 16/09/2011)
#114 09 дек 2014 17:44
Спасибо сказали: Версия без памяти, плот
  • Удафф
  • Удафф аватар
  • старожил
  • спасибо: 865
#115 09 дек 2014 17:49
  • Версия без памяти
  • Версия без памяти аватар
  • гуру
  • спасибо: 681
Удафф, спасибо. В самом деле - спасибо.
#116 09 дек 2014 20:12
  • Удафф
  • Удафф аватар
  • старожил
  • спасибо: 865
Версия, рад што понравилось.
Красиво, правда?
#117 09 дек 2014 22:33
  • Удафф
  • Удафф аватар
  • старожил
  • спасибо: 865
МИХАИЛ НОВИЦКИЙ.

Обыватель, обыватель…
Позитивный улыбатель
Не герой и не предатель
С днём рожденья поздравлятель
Одобрятель, поддержатель, радостный рукоплескатель
От законов убегатель
Не встреватель, не создатель
В церковь в праздник заходитель,
Прегрешений отмолитель
Ни черта не пониматель - телевизора смотритель
И рекламы поглотитель, всякой дряни покупатель
Втюхиватель, потребитель, лох и тут же обуватель
Он совсем не избиратель, на участок не ходитель
Рубят сквер? – он наблюдатель и немножечко груститель
Убивают – не свидетель, просто мимо проходитель
Чё вы все к нему пристали?!
Он нормальный честный житель!
Указали – выбиратель
Приказали – он стрелятель
Ну и что, что убиватель?
Он не он!
Он исполнитель
Не, на митинг не ходитель, бесполезно не кричатель
Что он сам себе вредитель?
Обыватель, обыватель…
Во!
Футбольный он болетель!
За команду всех порватель!
Много пива выпиватель, вот такая добродетель
Он зарплаты получатель
Чётко в отпуск отдыхатель
На работу вновь ходитель
И детей своих раститель
На войну их отдаватель
И налогов оплатитель
Похоронок получатель
И рыдатель, и груститель
И с собакую гулятель
Ведь животных он любитель
И за ней не убиратель
Всех газонов засератель
И окурков разбросатель
Ничего не пониматель
Ничего не узнаватель
Ничего знать не хотитель
Уши ватой набиватель
Ключидверизапиратель
Ты ж достоин этой жизни
Регулярный телезритель
2008 г.
#118 06 фев 2015 12:49
  • Удафф
  • Удафф аватар
  • старожил
  • спасибо: 865
#119 30 март 2015 20:26
  • Пиф Паф
  • Пиф Паф аватар
  • давно я тут
  • спасибо: 56
#120 31 март 2015 16:48
  • Удафф
  • Удафф аватар
  • старожил
  • спасибо: 865


Смешно.... если б не было до чёртиков грустно....
#121 31 март 2015 20:53
  • Версия без памяти
  • Версия без памяти аватар
  • гуру
  • спасибо: 681
Удафф, совсем не смешно. Увы...
#122 01 апр 2015 09:23
  • CoolYa
  • CoolYa аватар
  • новичок
Красивые стихи есть
#123 30 янв 2016 03:43
  • Версия без памяти
  • Версия без памяти аватар
  • гуру
  • спасибо: 681
Иногда хочется быть такой женщиной-женщиной,
Звенеть браслетами,
поправлять волосы,
а они, чтоб все равно падали,
благоухать Герленом,
теребить кольцо,
пищать «Какая прелесть!»,
мало есть в ресторане,
«мне только салат».
Не стесняться декольте,
Напротив, расстегивать
Совсем не случайно,
Верхнюю пуговочку.
Привыкнуть к дорогим чулкам,
И бюстхалтеры покупать
Только «Лежаби».
Иметь двух любовников,
Легко тянуть деньги,
«ты же знаешь – я не хожу пешком»,
«эта шубка бы мне подошла»…
Не любить ни одного из них.
«И потом в гробу
Вспоминать Ланского».

А иногда хочется быть интеллигентной дамой,
Сшить длинное черное платье,
Купить черную водолазку,
Про которую Татьяна Толстая сказала,
Что их носят те, кто
Внутренне свободен.
Если курить, то непременно с мундштуком,
И чтоб это не выглядело
Нелепо.
Иногда подходить к шкафу,
Снимать с полки словарь,
чтоб только УТОЧНИТЬ слово,
говорить в трубку: «Мне надо закончить статью,
сегодня звонил редактор»,
Рассуждать об умном на фуршетах,
А на груди, и в ушах чтоб
- старинное серебро
С розовыми кораллами
Или бирюзой.
Чтоб в дальнем кабинете
По коридору налево
сидел за компьютером муж-ученый,
Любовь с которым
Продолжалась бы вечно.
Чтоб все говорили
«Высокие отношения».
Чтоб положив книжку
на прикроватный столик,
перед тем, как выключить свет в спальне,
он замечал:
Дорогая, ты выглядишь бледной,
Сходи завтра к профессору
Мурмуленскому.
Непременно.


А иногда просто необходимо быть
Холодной расчетливой сукой.
И большой начальницей,
Чтоб все в офисе показывали пальцем
И так и говорили новеньким:
Она холодная расчетливая сука,
Пойдет по трупам.
Ну, зачем так грубо?
И зачем же сразу «по трупам»?
А вы, девушка уволены…

"Кажется я ясно ставила задачу",
Называть красивых секретарш
«дурочками»,
Прямо в глаза.

Не потому что дурочки,

а потому, что красивые.
Топ-менеджерскую зарплату
Тратить на элитную косметику,
И чтоб золотых карт миллион,
С сумасшедшими скидками…
Коллекционировать современное искусство,
Развешивать его
По голым стенам в кабинете
И в огромной пустой квартире,
Где на сушилке на кухне
Одна чашка, одна ложка
И две табуретки
у барной стойки.
Говорить мужчине:
Жалкий неудачник,
То есть нет – лууууууузер.
Утвержать, что мастурбация
- дело всенародное,
И спать с котом,
(«он же член семьи!»),
Которого кормит домработница.

А иногда хочется быть такой своей для всех
В доску.
С короткой стрижкой,
И красить волосы, губы и ногти оранжевым,
И ходить в больших зеленых ботинках,
С индийской сумкой-торбой,
С наушниками в ушах,
С веревочками на запястье,
Все время везде опаздывать,
Вопить в курилке:
«Я такую кофейню открыла!»,
«Вы пробовали холотропное дыхание? –
Отвал башки!»

И чтоб аж дым из ушей.
Захлебываться от впечатлений,
Не успевать спать,
Собираться на Гоа
В феврале.
Сидеть в офисе за "маком",
Вокруг чтоб все увешано
разноцветными стикерами
с напоминаниями: «придумать подарок Машке»,
«напомнить Витьке про ужин в среду»,
«купить новые лыжи».
На рабочем столе чтоб фотографии детей
В бассейне и в океане,
Портреты собаки – лабродор (почившей),
И бородатого мужчины в странной желтой шапочке.
Быть всю жизнь замужем
За одноклассником,
Который за двадцать лет, представьте
Так и не выкинул
Ни одного фортеля.
Ди еще и мирится со всеми этими
Друзьями, вечеринками, транжирством
И немытой посудой.
«Ты заедешь за мной в восемь?»
«Конечно, зая».

А иногда хочется побриться на лыску,
И повязать платочек,
Вымыться в бане хозяйственным мылом,
Но пахнуть какими-нибудь
Травками,
Полынью там, или мятой.
Научиться молиться,
Читать жития святых,
Соблюдать посты,
Назвать сына Серафимом,
Подставлять, хотя бы мысленно,
другую щеку,
«Ты этого хотел. Так. Аллилуйя.
Я руку, бьющую меня
- целую».
Излучать доброжелательность,
И чтоб ненатужно так
Сиять от унутренней хармонии.
Принести из церкви святую воду в баллоне,
Поставить ее в холодильник,
И когда муторно на душе
Умываться ею
И советовать мамашам,
Что если у ребенка температура,
Достаточно просто сбрызнуть,
И чтоб это действительно помогало.

А еще ужасно хочется пойти в официантки,
Купить накладные ресницы,
И полное
Собрание сочинений
Дарьи Донцовой.
Научиться ходить на каблуках
Флиртовать с посетителями,
Чтоб они больше
Оставляли на чай,
Говорить: а вот попробуйте еще «карпаччо»,
Уж очень оно у нас замечательное.
Ходить в кино,
Копить на машину.

Бросить бармена,
Закрутить с поваром-итальянцем,
Висеть на доске почета,
Как работник, раскрутивший максимальное число лохов
На дорогое французское вино,
Которое, они сроду не отличат,
От крымского.
Пить сколько хочешь горячего шоколада
Из кофе-машины,
И уже разлюбить греческий салат.

А что мы имеем на деле?
Пока только
Черную водолазку.

Полина Санаева

_________________
#124 02 фев 2016 11:49
Спасибо сказали: шТучка
  • Версия без памяти
  • Версия без памяти аватар
  • гуру
  • спасибо: 681
так... то ли байка, то ли тост...

В Тридевятом царстве, в тридесятом государстве жила-была прекрасная, независимая, самостоятельная и умная Принцесса. Вот однажды сидела она на берегу живописного пруда в зеленой долине близ своего замка, размышляла о смысле жизни и вдруг увидала лягушку...

Лягушка прыгнула ей на колени и сказала:
- Милая, добрая девушка. Когда-то я был прекрасным принцем, но злая колдунья заколдовала меня, превратив в лягушку. Если ты меня поцелуешь, я снова превращусь в принца, и тогда, моя прелесть, я поселюсь в твоем замке, а ты будешь готовить мне еду, чистить моего коня, стирать мою одежду, растить моих детей и радоваться, что я взял тебя в жены...

Тем же вечером, легко поужинав лягушачьими ножками с приправами и бокалом белого вина, Принцесса тихонько хмыкнула и подумала: "Ага, ща-а-аз"...
#125 17 март 2016 13:30
Спасибо сказали: шТучка
  • Pythodor
  • Pythodor аватар
  • новичок
Русским народом управлять несложно, только бесполезно. Всё равно именно тебя обвинят во всех смертных грехах.
Александр II
#126 23 апр 2016 21:54
  • znatoc888
  • znatoc888 аватар
  • захожу иногда
  • спасибо: 1
малиновка-зарянка пишет:
Я не люблю, когда друзья лукавят.
я не люблю несдержанность свою.
Я не люблю, когда все время хвалят,
Когда ругают - тоже не люблю.
Я не люблю, когда берут "нахрапом".
Я не люблю фанатов и снобов.
Я не люблю сокрыто - "тихим сапом",
И не люблю запутанных узлов.
Я не люблю, когда ответы скупы,
А , так же, если много говорят.
Я не люблю, когда вопросы - глупы,
Особенно, когда они подряд.
Люблю глядеть в окно, когда там звездно,
И не люблю глядеть в глаза льстецам.
Я не люблю когда "свершилось" - поздно,-
Люблю, когда не кто - то смог, а сам.
Мне нравится, когда лицо красиво,
Но глупости в прекрасном - не терплю.
Я не люблю, когда душа - без пыла,
Когда спокойный тихий нрав - люблю.
Я не люблю, когда "за всех" решают,
И не люблю в зависимости быть,
И очень не люблю, когда мешают
Решать самой любить иль не любить.
(с)
легко читается и, что самое главное, очень жизненно
#127 22 июль 2019 06:56
  • Страница:
  • 1
  • 2
  • 3
Модераторы: Westa
Работает на Kunena форум